anton ochirov (kava_bata) wrote,
anton ochirov
kava_bata

в церкви: миллионам мясных машин от Калининграда до Камчатки

*

[18 лет назад я сидел дома, а мимо катила Акерман со съемочной группой, как дьяволы в ночных горшках]


<....>

В телевизоре Анатолия Наймана расспрашивают о том, как ему набил морду Мейлах и чем занимался Рейн, когда Бродский ругался с Кушнером. Смешно, что эти малопонятные истории из крошечного еврейского кружка транслируют миллионам мясных машин от Калининграда до Камчатки.

Тольц вспоминал сегодня, как в 1992 году мы пошли в кооперативный ресторан «Синяя птица», и Максима Соколова не пустил вышибала: непотребно выглядел со своей водевильной бородой.


13 октября

35-летие «Часов». Фотографии вечера в музее Ахматовой: старик Кушев; застывший, как муха в янтаре, Иванов; почему-то Немзер. Безжизненные воспоминания М., он себя воображает оперным Зигфридом в волшебном лесу.

Режиссер Звягинцев рассказывает, как пытался найти благополучного старика для роли в «Елене» и отыскал только режиссера Смирнова, все прочие кандидаты были несчастными советскими пенсионерами, шагающими в смерть.

А 82-летний Ходоровский советует в твиттере: «При любом удобном случае курите марихуану в церкви».

<....>

Комичная встреча «президента Медведева» со «сторонниками». Похоже на комсомольскую дискуссию в 1986 году о возвращении к ленинским нормам. Тарахтит прошмандовка Канделаки. В Риме молодежный бунт, громят банки, подожгли министерство обороны. Сначала прочитал «в Риге» и хотел было позвонить Бомбину, но вспомнил, что он утонул.


Марсель Жуандо пишет, что самая важная часть тела — ступни. Лицо лживо, а ноги выдают суть человека. Надо ходить босиком в парандже.


Музей кино: на ретроспективу Акерман сползаются седые, изнуренные собственным интеллектуализмом лесбиянки. Посмотрел ее московский фильм D'Est — зима 1993 года, это еще моя Москва. Холод, полумрак, все куда-то хотят уехать, но нет ни автобусов, ни самолетов. Безмолвные толпы советских людей топчутся на остановках. Мелькнул мой дом на Ленинградском проспекте. 18 лет назад я сидел дома, а мимо катила Акерман со съемочной группой, как дьяволы в ночных горшках.


18 лет назад, 7 ноября 1993 года, я навсегда покинул отчизну. Такси неслось в Шереметьево, как в фильме Акерман, на Ленинградском проспекте тогда еще не было пробок. В подворотнях стояли придушенные Ельциным коммунисты с флагами. В Мюнхене меня подхватила секретарша, равнодушная брюнетка (вечные неприятности с бойфрендом, мазут сочится из фаллопиевых труб), привезла в вагнеровский квартал, продемонстрировала хрустальные бокалы, пересчитала вилки, дала на подпись пятьдесят доверенностей и исчезла. За окном была экоферма. Телефон не работал. Думал, что это на полгода, оказалось — навсегда. «Вот те нате, хуй в томате, Бёлль, встречая, говорит».


(Волчек: дневники)

*
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 0 comments