July 19th, 2016

green

чего мы в том раю не видели

*

Всегда приятно читать хорошие рассказы о местах, где ты жил. Вот, допустим, рассказ от Макса Фрая. Правда, она зря пошла назад и не попала на парадайз-бич. Парадайз-бич - это, фактически, остров: туда можно попасть только на лодке за сто, допустим, рупий, предварительно приехав на тук-туке за те же 100 рупий из Гокарны на "ближний край Полумесяца" (как переводит Марта, чьё имя в жж* взято у немецкого художника Бойса);

*как объяснять картины мёртвому зайцу



или на сельском автобусе за 5, допустим, рупий; но туристы не ездят на сельских автобусах - дураки. Там незабываемый запах рыбы в одном месте по серпантину:-) В раю Марта бы увидела совершенно интернациональную тусу, которая там живёт примерно 3 месяца в году. Ну, и конечно, увидела бы место, зафиксированное в поэме "Израиль", смайлик:

какая в мире тишина
её клюю она пшено
что в атмосфере рождено
гелиопаузу почти
пересекли на световой
там всё другое

другое — потому что действуют другие законы
поддерживающие равновесие в данном секторе пространства
мне вояджер всё доступно показал
когда я плавал с дельфинами
а солнце садилось в воду
впрочем
скоро
сами
увидите

солнечная система уже приблизилась к данной точке
выкини деньги подуй на цветочки



:

chingizid:

"....И мы пошли назад.
До сих пор думаю, что это было очень хорошее решение. Чего мы в том раю не видели.

В-третьих... А что в-третьих? В-третьих, совершенно точно ничего. Потому что даже то жалкое подобие нарратива, которое было до сих пор, на этом закончилось. И началось как в "Индоевропейском диктанте" написано - необъятный простор и ничего священного.
Только наоборот, священное - все.
Но в равной степени.
Поэтому не то чтобы вот прям наоборот.

***

А вчера до меня наконец дошло, на что оказалась похожа эта моя поездка.
Это примерно как нас в школе летом возили в колхоз собирать огурцы и помидоры. Только никаких огурцов не надо собирать. И одноклассников нету. И учителей. И вообще никто не трогает, делай что хочешь (в моем случае - не делай вообще ничего).
Но все остальное ужасно похоже.

Вдруг из привычных городских условий попадаешь черт знает во что. Жизнь в бараках, солнце, жара и пыль, туалет и душ из конкретных полезных вещей вдруг становятся почти метафизическими абстракциями, о которых легко и приятно рассуждать, но практически невозможно использовать. И местное население - натурально инопланетяне. Не то чтобы враждебные, но какие-то неразъяснимые. Вроде бы, гораздо проще, чем мы привыкли, но совсем-совсем другие, и от этого берет оторопь. Особенно в те моменты, когда убеждаешься, что в кои-то веки все правильно про них понял. Что, прям вот тааааак? Ага, именно.
Обморок.

И одновременно мир обретает столько дополнительных смыслов. Вернее, эти смыслы вдруг делаются очевидными. То есть, даже не так, их становится больше невозможно игнорировать. Ну вот, просто небо вдруг делается НЕБОМ. Которое больше человека ровно настолько, насколько бесконечность может быть больше единицы. И река, даже совсем мелкая - это у нас теперь дикая, неприрученная вода. И лес, и степь, и ветер - больше не слова из книжек с описаниями природы, которые можно пролистать, а живые стихии. И ты стоишь среди них практически голышом. Ну, предположим, в ситцевых трусах - для порядку. С пустым, ноющим после немытых огурцов и столовской баланды пузом. В драных кедах, с облупленным носом и распухшими от непривычного полевого труда руками. Стоишь посреди мира бессмысленным одноклеточным и одновременно сакральным центром всего. И вот это - дааа!
Вот ровно то же самое, только, повторюсь, без сбора огурцов, одноклассников и учителей. Чтобы, значит, совсем не отвлекаться.

Ну и не отвлекаешься.
Совсем".

http://chingizid.livejournal.com/1390853.html

*
green

с крысами, мухами, червями

*

Смешное заключается ещё в том, что легализация "сортирномочной риторики" в России начала 2000-х, чрезвычайно низкий уровень культурных запросов элиты; короче, всё то, что И.Кормильцев называл "империей победивших троечников*"

("*именно в этот период началась резкая смена поколений в правящей элите. Люди, имевшие какой-никакой, но реальный опыт управления в позднесоветский период, начали стремительно вытесняться шушерой, которая в те же годы не была еще допущена ни до чего большего, чем пустая болботня на комсомольских собраниях, перекладыванию секретных папочек с дутыми отчетами в домах дружбы за рубежом и тому подобной мелкобюрократической деятельности. Пятерочники ушли в большую жизнь — желательно нероссийскую, двоечники — полегли костьми на терках и разборках, а вот троечники ждали своего часа — и дождались")

служило только одной цели:

как можно на более долгий срок замедлить процесс классообразования: так, за 20 лет этот процесс ещё не завершён. Напомню, что "классового врага не переубеждают, классового врага уничтожают".


См.Тарасова:

"Относительно умственного уровня Ярмольника двух мнений быть не может. То, что РСДшники не смогли сразу же полностью разделать Ярмольника под орех (и не сразу же – тоже), свидетельствует о том, что и у них с умственным уровнем – не лучше. Как вообще можно дискутировать с Ярмольником, почему бы тогда нашим «левым» не вести дискуссий с крысами, мухами, червями?

Уважающий себя левый с ксюшами, тинами и ярмольниками, простите, на одном поле нужду справлять не сядет – даже кромешной ночью, даже если заведомо без свидетелей и даже если поле в сто гектаров. А не то что участвовать в одном митинге под одними лозунгами!

Кричать на митинге «Чурова – в отставку!» легко – последствий никаких. А вот пойдите и покричите «В отставку!» своему ректору. Или декану. Кишка тонка? Страшно? Значит, у вас, дорогой Павел, нет никакого морального права критиковать позицию «Скепсиса»!


<На Болоте были, конечно, разные люди – и политические активисты, и множество зевак. Но не они определяли лицо собравшихся. Это лицо определяли именно представители средних городских слоев, сытые потребители. С их точки зрения, они – пуп земли, покупатель, который всегда прав. Весь остальной мир в их представлении – это сфера обслуживания: и культура, и наука, и здравоохранение, и образование. И власть. Вот только власть не хочет почему-то вести себя как сфера обслуживания. Поэтому они недовольны. Они заказали текилу, а им говорят: «Извините, текилу не производим. Есть только водка, коньяк, ликеры». Как это так! – возмутились потребители. Мы же – клиенты! Клиенты всегда правы! Это же… это же… это же совок!

И они пошли на Болотную площадь коллективно вызывать метрдотеля…>


Скепсис» предлагает единственно верный ход: явочным порядком расширять границы дозволенного. Закон ведь запрещает по сути создание ячеек, филиалов политических организаций по месту работы и учебы. Но ничего не говорит об организациях формально не политических (таких как студенческий союз, ассоциация преподавателей, клуб любителей социальной дератизации, наконец). А также не запрещает никому состоять в политических организациях вне места работы и учебы – даже в том случае, если почему-то все члены организации (ну, бывает так, случайно) работают или учатся вместе.

То, что предлагает «Скепсис», опасно для тех самых «жуликов и воров», потому что эти действия прямо направлены против материальных интересов правящего класса (а мы знаем, что у «жуликов и воров» самое больное место – кошелек).

Это вам не массовые прогулки раз в месяц по разным площадям!

Поэтому лично вас, Павел, я призываю ходить не на буржуазные митинги, а в библиотеки. Ничего постыдного в этом нет. Столь уважаемый вами Карл Генрих Маркс не считал зазорным неделями просиживать в библиотеке Британского музея. Если вы думаете, что в это время в Лондоне не проводилось никаких буржуазных митингов, вы ошибаетесь.

Еще я могу посоветовать послать в долгое-долгое эротическое путешествие вашу заборостроительную академию. У нас пока еще остались вузы, где действительно могут чему-то полезному научить. Таких вузов, конечно, мало, но пока еще Фурсенко не всё уничтожил. Если же это невозможно (потому что вам грозит армия, в которой, как вы полагаете, вы не выживете), то опять-таки мой совет: меньше слушайте ваших преподавателей, больше занимайтесь самообразованием".


И пр.

*