May 8th, 2016

green

Итак, мы обрисовали проблему и можем поставить вопрос

*

«Итак, мы обрисовали проблему и можем поставить вопрос.

Почему получается так, что самореферентная овеществлённая и отчуждённая от человека современная арт-территория имеет своей оборотной стороной фантазм террора и деструкции?

Возможно, по той простой причине, что достижения модернизации размещены только в вещественном мире, в мире эксклюзивного потребления. Это касается как передовых технологий и формально-визуальных инноваций, так и социально-инфраструктурных достижений общественного интеллекта. В результате, у человека остаётся только две возможности (две крайности): он либо оптимизирован модернизацией, либо вытеснен в энтропию.

Современное искусство симптоматически отражает эту порочную оппозицию, но не может выйти из неё. Причина одна: модернизация в постфордистском культурном пространстве модернизирует технологии и инфраструктуры, но не может привести к модернизации человеческого и общественного сознания. Эта апория, выявленная ещё Марксом, тем не менее, остаётся неизменной. Поэтому в рамках современного искусства непонятно, на каком языке, с помощью каких средств аппелировать к тому, что исключено из проекта модернизации, не поспевает за ним или уже не успело никогда.

145.82 КБ

Такими «неуспевающими», отстающими зонами вплотную занимается документальное кино, тележурналистика, и, конечно, современное искусство. Но они занимаются этими зонами «сверху», с некой снисходительностью, как бы от имени власти – пусть и не государственной, но той, которая, естественно, должна оставаться в рамках риторики справедливости или макровзгляда на проблемы.

Они ещё «не проснулись», и поэтому про них рассказывает видеоизображение.

:

Переходная зона между бытием и игрой, мотивированная событием; разомкнутая не-территория, где "человеческое" сталкивается с "человеческим", а не с вещным (вещной можно назвать безусловно и теологию), - это то, что мы называем театром. Именно в театре задолго до философии жрец превратился в человека, оголоушенного событием и окружённого другими людьми. Театр - это занятие, которое может располагаться вне медиа и территорий - где придётся, где человека настигают силы к игре, которые позволяют ему включать в эту игру потенциальность любого знака (слова, движения, звука, образа, жеста), занятие, которое обретает возможность быть не просто репрезентативным выставлением, изображением, а обращённостью к. Поэтому артистическое исполнение не обязательно разворачивается на сцене или в зрительном зале. Оно может быть везде, ибо театр - это артистическая машина, которую потенциально производит каждый в зависимости от того, как он сталкивается с миром и людьми.


В таком случае реальность может быть не просто увиденной, она может быть переигранной".

*